В ноябре 2025-го я посмотрел по телевизору фильм «Запомните меня такой», СССР, 1987. Он сразу зацепил меня и смотрел его на одном дыхании, хотя фильм размеренный и как будто бытовой. Но он о прошлом и будущем в разрезе столкновений характеров четырёх поколений семьи, от воспоминаний о блокаде Ленинграда до реалий 1980-х.
В кинокартине нет однозначно положительных персонажей. Разве что Андрей Киреев (знаменитый Олег Борисов), ведь он на работе начальника не берёт взяток, поэтому его устроили наверх, в ГЛАВК (лишь бы избавиться от идеалиста), но он отказался, но и на него бывшая жена нашла компромат на глазах главы семьи Киреевых Марии Ивановны.
А вот сын Андрея — Олег (герой прогремевшего накануне фильма «Плюмбум, или опасная игра» Антон Андросов) — резко отрицателен, тут ещё сыграла на руку создателям фильма его отталкивающая внешность. Иначе Олегу можно было бы сочувствовать, как это происходит по отношению к его прабабушке, ведь она поражает жёсткостью к пьющей соседке, выселяя её. Но после, в квартире, показывают лицо восьмидесятилетней Прабабушки, а оно неожиданно мягкое. И она же сочувственно относится к правнуку, защищая его от обругавшей матери, своей внучки Маши (Елена Проклова).
Людмила Аринина играет дочь Прабабушки Настю Кирееву, так и оставшуюся жить с мамой в комнате старой коммунальной квартиры (а легендарные огромные квартиры в Питере — это отдельная история, в старой части города с высокими потолками, окном на потолке).
Итак, Настя, поначалу идущая рядом с престарелой матерью по осеннему центру Ленинграда восьмидесятых, в плаще и берете, кажется весьма неопределённого возраста, но по мере сюжета становится понятно, что ей около шестидесяти, она старшая сестра Андрея и она старая дева. Аринина играет мягкую, тихую женщину, по контрасту с жёсткой Матерью, главой трёх поколений Киреевых (а муж прабабки Киреев-старший — полковник Красной армии, пропал в лагерях после войны).
Лицо Насти Киреевой выглядело смутно знакомым, пока я не узнал из интернета, что Аринина играла в «Гостье из будущего» бабушку Грибковой (ту самую добрую и прогрессивную бабушку, устроившую Алису в школу в один класс с внучкой).
Здесь у Арининой типаж иной. А может не надо? — говорит она матери, проникнувшись жалостью спасти пьющую соседку от выселения.
Но люди старой закалки непреклонны. «Надо!» — говорит неприятным сухим голосом её мать, матриарх семейства Киреевых.
И не всё так просто, ведь пьющая женщина неопределённого возраста жила в том же доме ещё в блокаду, на это и напирает, напоминая Марии Киреевой, что та дала ей саночки, чтобы отвезти умерших родителей…
Вообще, 1980-е годы это место встречи ушедшей эпохи (раннесоветской) и практически современной, с её тотальным неверием. Это уже Постмодерн в СССР в перестройку (по сюжету в фильме ещё 1984, год, но снимался он уже при Горбачеве).
Еще живы старые большевики (гвозди бы делать из таких людей, что видно в накрученном создателями фильма образе Прабабушки) и даже помнящие дореволюционное время. Как маркер ещё живой эпохи начала ХХ века — не раз произнесённое Прабабушкой слово аэроплан для обозначения современного самолёта, на котором прилетели её сын и его семья (и новая семья) из Сибири (они упоминают разницу в 5 часов, пояс Иркутска и Улан-Удэ).
Сын Андрей и говорит маме: «Вы вырастили нас на легенде, а мы пришли и всё другое, страна другая, небо другое», но он верит «в наше правое дело», а Правнук вообще никаких ценностей не придерживается.
Прабабушка, как отмечено выше, имеет вполне человеческое выражение лица.
Но не тут-то было. В дверь заходит женщина из ЖЭУ с бумагой, где все жильцы подписались против выселения той соседки, осталось лишь Киреевой отозвать свое заявление о выселении. Но она и на виду трёх поколений своей семьи непреклонна. Накручено.
Но всё примерно как в жизни, где трудно найти однозначно отрицательных и полностью положительных персонажей. А что вы хотели, на дворе перестройка и в гости к нам стучится Постмодерн из заграницы с его Относительностью морали.
Поначалу это были вполне разумные послабления, но по закону подлости они превратились к девяностым в шквал, снёсший по факту и обретённые свободы, и подлинные блага социализма. Ибо если нет больших денег, то нельзя воспользоваться «благами» дикого капитализма.
И не даёт покоя линия про пьющую соседку, на которую Прабабушка Киреева написала заявление о выселении. И это не случайно, из ЖЭКа приходила женщина, остальные-то жильцы против выселения, а Прабабушка все равно жёсткая. Чему тогда подражать, что завещать правнукам, если положительные качества соседствуют с такой жестокостью. А ведь соседка тоже блокаду пережила, ещё девочкой или девушкой (возрастные грани персонажей размыты, и время такое, когда помнящие войну были ещё не старыми, да и соседка сама еще мать, то есть не старая, и все актёры выглядят моложе своих лет, включая «Плюмбума»). И даже Андрей, тихий хороший сын, знает соседку с детства, и когда во дворе они встретились, то он ничем не может ей помочь, хотя помнит с сороковых годов, даже не пытается спорить с властной матерью.
Столько десятилетий Киреева терпела соседку, и вдруг Прабабушку пробило на выселение. И недаром во дворе Олег «Плюмбум» устраивает каверзу несчастной соседке. Жестокий правнук.
Зато финал светлый, печальный и одновременно как будто оптимистичный (Прабабушка разломила потомкам блокадный хлеб 40-летней давности, а те мочили в миске куски и пытались жевать — аллегория на причастие Иисуса, когда он хлеб разломил ученикам (вы вкушаете тело моё!). Финал контрастирует с сюжетной линией о необъяснимой жестокости матриарха большой семьи Киреевых.
Вроде всё правильно, надо завещать лучшие идеалы детям, внучке, правнуку, и музыка в фильме даже вполне хорошая, одухотворяющая. Так может закрыть глаза на почти единственный отрицательный момент в поведении Прабабушка — по отношению к пьющей соседке?
Но к кому матриарх стаи Киреевых сочувственно относится, к кому единственному во всём прайде?
К советскому Иуде, моральному чудовищу — Плюмбуму. Но он все равно не воспринимает идеалов прабабушки и не воспримет никогда!
Так что всё это бессмысленно, все её увещевания и завещание как жить, если Будущего нет (ибо разве оно будущее — лопоухое создание с противной линией рта — был бы другой актёр, мы бы ещё не совсем поняли послание создателей фильма, но внешность Андросова однозначно негативна, сомнений нет, Будущего у той страны уже не было).
Ведь мы знаем, что Прабабушка относилась очень жёстко не только к родным детям, но и к невестке Лидии — бывшей жене её сына Андрея. И за столом, когда каждый отчитывается о своём прошлом, о своей жизни, Лидия прямо возмутилась, почему я должна откровенничать, если вот другую не тронь (новую жену Андрея, прилетевшую в Ленинград с ним), давайте уж все.
Итак, единственный, к кому Прабабушка проявляет сочувствие (на первый взгляд, легко объяснимое: бабушки и дедушки иногда жалеют внуков и правнуков в пику родителям), она всё-таки прощала и оправдывала лопоухого с противным лицом Плюмбума. Но тот факт, что в нем не на что надеяться, понятно ещё в аэропорту при общении его с дочкой новой жены деда, когда сказал, что его прабабка сумасшедшая. Да и игральный автомат — символ бездушного прогресса и предтеча иллюзорности вскоре пришедших «гаджетных» поколений. Задержка рейса — лишь повод показать столкновение шебутной героини Саввиной с покорным тихим мужем (не таким уж покорным, раз бывшим) и его новой семьёй в кафе, и самых молодых – подростков мальчика и девочку в зале с автоматами.
Персонаж Андросова жёсткость Прабабки вообще не принимает, а ведь для детей старшей Киреевой (деда Андрея и его сестры Насти) эта жёсткость всё-таки в одной сцепке со светлыми идеалами, которые Мария Киреева действительно пронесла всю свою жизнь.
Не случайно отталкивающая внешность у правнука, своим видом он обнуляет, говоря современным языком, всю доброту прабабушки к нему, и в общем-то все светлые её принципы и ценности, потому что он единственный из большой семьи Киреевых, кто уже почти полностью относится к страшному будущему, которое стучится в дверь. Символ — игры на обычных советских автоматах, на которых играл «Плюмбум» в здании аэропорта в рядом со сводной тетей (хотя по возрасту она сестра, но тётя, т. к. дочка новой жены его деда).
И Олег не воспринимает идеалы прабабушки, недаром она ему говорит: надо верить, без веры жить нельзя. Странно это слышать от убеждённой коммунистки и атеистки. Но недаром кодекс строителя коммунизма взял многое из христианства. Да и степень поклонения советским идеалам достигала уровня религиозности.
Без Веры жизнь пустая, без любимого занятия для души. А если работать только чтобы заработка на новые удовольствия, так не ощущаешь всей полноты жизни.
Так в 1980-е нигилист Олег Киреев возник не на пустом месте. Жестокость рождает через пару поколений снова жестокость. Эстафета идёт от Прабабушки к правнуку, минуя её тихих, честных сына и дочь, вышколенных донельзя суровой мамой.
Фильм так и задумывался неоднозначным, и образ выселяемой соседки неслучаен для раскрытия многогранного и неоднозначного как сама советская эпоха, образа Прабабки. Ее героиня непреклонна как и судья – бывшая невестка Лидия (Ия Саввина). Уж как 50-летняя женщина не любит бывшую свекровь Марию Ивановну, но они похожи жесткостью в исполнении норм общества. И это прогрессирует. Если прабабка приговорила соседку (и когда-то отреклась от мужа, сгинувшего в ГУЛАГах), так и сейчас Лидия осудила двух подростков за стрельбу в школе на 6 лет, которые «все равно что 60, и они там ещё хуже станут», заметила новая жена Андрея, но судья ответила жёстко и закатила истерику бывшему мужу в кафе аэропорта. Это характерно для нарциссического расстройства личности, где люди — инструменты для достижения целей.
Неудивительно, что Андрей (кстати начальник в строительной сфере) — после тридцати лет брака развёлся с абьюзершей (вернее, особо не препятствовал её уходу).
В персонаже Саввиной виден злой рок советской системы, её родовая травма (жестокость рано или поздно порождает жестокость), всё же сумевшей воспитать хомо советикуса, пусть они и незаметны, такие как неподкупный инженер Андрей, вопреки своей честности сделавший неплохую карьеру. Но есть и такие как его жена и особенно внук Олег — готовый могильщик справедливой по сути системы, имеющей тупоумных и жестоких винтиков в разных поколениях.
Даже в повести Павла Нилина (которая так и называется «Жестокость») есть персонаж, простой старик, который после печального финала императора тайги, выговаривает юным милиционерам, что ваша власть пришла силой, потому рано или поздно уйдёт.
Только благодаря тому, что вышла «Жестокость» в конце пятидесятых, в годы Оттепели, она прошла цензуру, но не трудно в ней заметить предчувствие того времени, когда рухнет система, фундамент которой был замешан на насилии и обмане. Один из милиционеров покончил с собой не из-за несчастной любви к юной кассирше Мальцевой, а из-за невольного Предательства, ведь он обещал жизнь и свободу одному из подельников белобандитов за выдачу этого императора, но у советских правоохранительных органов было не принято заключать досудебную сделку с обвиняемым.
Итак, жестокость. Поначалу — первых лет советской власти, когда отчасти она была вынужденной, потом война; после —долгие мирные десятилетия. Но то советское общество потребления родило таких моральных уродов как Плюмбум из одноименного фильма. Точнее, Плюмбум ещё не урод, он имеет идеалы, но в исполнении их настолько непреклонен, что предвосхищает эпоху криминала и дельцов 1990-х (хотя и борется с с предшественниками тех и других, проявляя чудеса находчивости) но как всякая мера, доведённая до крайности, превращается в свою противоположность, что символизирует финал с долго падающей с крыши девушкой.
В фильме же «Запомните меня такой» тот же юный актёр Антон Андросов — полный прагматик и нигилист. Он один из тех, кто способен лицемерить: на глазах у старших родственников Олег паясничает, издеваясь над Прабабушкой, задавшей ему вопрос о житье-бытье в Сибири, и даже после одёргивания пытается продолжить глумливую лживую речь.
Таких молодых людей много, что напоминает финал советского мультфильма «Искатель благополучия»(Рижская киностудия) той же середины восьмидесятых (поистине, знаковое время, когда почти каждый известный фильм — и предсказание, и укор), где главного героя, ставшего стариком, встречают равнодушные двойники его самого в молодости, и один доппельгангер пару раз крепко врезал старику. И парни идут по улице и поют его же песенку: «А я иду, иду, иду!».
Вот так и идут по жизни нарциссы, без привязанностей, без уважения к кому-либо и чему-либо. Но что посеешь, то и пожнёшь. Они забывают: на любого босса рано или поздно найдется ещё больший босс.
Общество, состоящее из одних приспособленцев, обречено, они пожрут друг друга, утверждает Владимир Васильев в повести «Тень улитки».
Сильная сторона фильма в том, что все актёры играют роли близкие им по темпераменту, или к их амплуа.
Даже Андросов косплеит самого себя из «Плюмбума» (настолько знаменит последний фильм и малоизвестна жёсткая драма о семействе Киреевых).
Тих и глубокомысленен в возрастных ролях Олег Борисов. Он идеально вошёл в роль сына, вымуштрованного жёсткой матерью почти до слома личности, но честного и принципиального, когда очень надо.
Идеально Аринина сыграла его сестру Настю, такую же тихую, покорную. Брат и сестра, уже пожилые — достойный результат советского воспитания. Но немаловажную роль в становлении других личностей играют и другие факторы. Это Настя и Андрей меланхолики, генетически послушные, так что восприняли высокие принципы матери, сохранив и то мягкое, что наверно присуще от рождения каждому человеку (но не хватает даже их матери), Андрей органически не приемлет взяток и халтуры, а Настя пожалела соседку.
Актеры все знаменитые, включая Андросова. Впрочем, здесь его роль более одномерная, чем противоречивая личность Плюмбума. Да сложность и не нужна в описании негодяя. Юный хам говорит сарказмы даже старшим родственникам!
Фильм ужасен в плане перспектив: Правнук как считал Прабабку сумасшедшей, так и будет считать. Потому название «Запомните меня такой» выглядит более чем саркастическим, это приговор эпохе.
Снимался фильм в 1980-е, когда уходили из жизни и последние революционеры.
Советской власти не хватало притока специалистов в органы управления — уничтоженной интеллигенции, меньшевиков, эсеров, кадетов…
Вместо них в советские структуры прошло два основных типа: фанатичные коммунисты и приспособленцы. В последних выродились и потомки пламенных большевиков, эти плюмбумы восьмидесятых.
Прабабушка видит безверие и прагматизм Правнука, но поделать ничего не может.
Но Лидия одного поля ягода с внуком Олегом. Она укоряет бывшего мужа Андрея: «Что ты носишься со своей честностью как старая дева?» Но Андрей отнюдь не кичился неподкупностью на работе, а лишь ответил матери о причине отказа от повышения, и то нехотя. Для бабушки «Плюмбума» такое презрение органично. Её укор — типичный приём нарцисса (и намёк на незамужнюю сестру). Брат и сестра Киреевы — чистые люди, в отличие от Лидии и ее дочери Маши, занявших посты, и вредящих не только родне.
Но Лидия обвиняет свекровь: «Но вы сами нас учили быть принципиальными, жестокими, если надо!»
Так напрямую обозначены истоки жестокости, даром что позднесоветская реальность совсем другая, чем легенды о комиссарах в пыльных шлемах.
Прошло более трети века с тех пор. Можно ли смотреть на проблемы фильма иными глазами? Ан нет, современное незнание «Что делать?» обозначил в фильме ещё Андрей. Так может от его мамы есть ещё наставление? Но Прабабушка растеряна: «Вы всё развалили, дети. А если завтра война? Кого вы будете защищать?». Даром что в середине 1980-х Союз ещё крепок, но советские люди в своей душе уже всё развалили.
