Фильм «На ясный огонь» (1975) с Татьяной Дорониной в роли революционерки Анны Касьяновой снят по по повести Михаила Зощенко «Возмездие». Повествование в фильме идёт от лица главной героини, с цитатами из повести, где она описана такой же красавицей, только в годы революции Анна юная, а Дорониной на момент съемок за сорок.
В фильме «Мачеха», снятом незадолго, году в 1973-м, Доронина тоже выглядит красавицей средних лет, а в экранизации «Возмездия» она поначалу не очень — из-за волос как будто с сильной проседью и платка на голове. Потом же подстриглась, и это оказалась не седина (ее назвали белобрысой), но причёска хоть и осталась пышной, но стала короткой типа каре, по моде семидесятых.
На допросе у белого офицера в исполнении Евгения Евстигнеева (после поимки на линии фронта) героиня Дорониной в какой-то момент расстрогала его. Он было поверил в ее легенду, тем более она, изменив первоначальные показания о себе как госпоже, сказала правду, что работала в услужении у баронессы (изменив лишь цель посещения Крыма, под личный мотив как любовница офицера, бывавшего в гостях у её бывшей хозяйки).
Касьянова оправдывалась:
«Я была очень цветущая. У меня, например, был медальон. Так когда я его надевала, то он у меня не висел, как обыкновенно бывает висят медальоны. А он у меня горизонтально лежал. И я его даже могла видеть, не наклоняя головы. Он даже больше чем горизонтально лежал. И я даже отчасти не понимаю, как это тогда было.»
Проговорила именно это место в своих оправданиях как будто повторила выученную роль. Может так надо было, ведь по словам Евстигнеева, она шпионка и как раз плохо играла.
Забавно, он под предлогом, что на ней и креста нет, чуть было не проверил, что там у неё на шее висит (или лежит, если верить ей) и попытался сорвать одежду с груди, так, что стало видно шнурок от крестика на шее, чем недоверчивый (но и впрямь благородный) офицер и удовлетворился, не смея далее продолжать разоблачение (во всех смыслах) красивой женщины.
Фильм служит своего рода бенефисом актрисы. Доронина играет по сути саму себя. И потому поначалу ее игра вызывает недоверие: как мягкая застенчивая женщина могла быть пламенной революционеркой, выбивать из начальника станции паровоз для поезда с ранеными красноармейцами (но выбила, мягким голосом и извиняющимися интонациями, добавив к аргументам пистолет и начав стрелять)?
Хотя это похоже на продолжение линии героини фильма «Мачеха» о душевной и мягкой женщине, но с настойчивым посылом внутри, который выбивается в крайних случаях.
Так Анна Касьянова накричала на своего нового гражданского мужа — прапорщика Комарова (Лев Дуров), выбивая новый пропуск для подполья большевиков, преодолевая и подозрения в измене (она два дня отсутствовала, чтобы найти сумку, спрятанную ей у линии фронта с деньгами для большевистского подполья в Ялте и для передачи её им), выдумав тётю, которую она якобы навестила, и якобы Дуров забыл, что она говорила о тёте.
Хотя измена все-таки была, но не с мужчиной, а по идеологии…
В сцене прощания перед эвакуацией из Крыма, анекдотичный герой Льва Дурова признался, что давно подозревал её в измене белым. На что Доронина ответила, что своих она никогда не предавала.
И современные комментаторы этого исторического фильма в интернете, и критики 1970-х, единодушны в разгромном принижении фильма. Виной тому и «эстетическое переосмысление книги» и вообще темы революции и гражданской войны, которая выглядит тут глубоко лиричной. Картину по мнению критика Швыдкого https://ru.wikipedia.org/wiki/На_ясный_огонь не спасают ни громкое имя самой Дорониной, ни имя писателя Зощенко, ни ряд знаменитых актёров.
И в самом деле, фильм провалился в прокате, зритель не пошёл на картину, не оправдавшую ожиданий тех, кто уже посмотрел её — сарафанное радио быстрое (так и сейчас в конце ноября 2025 г. зрители выходят после сеансов «Авиатора» по Водолазкину и чуть не плюются, а так кинозалы стоят почти пустые).
Но если рассматривать картину 1975 года как бенефис уже известной и доказавшей свою харизму великой актрисы, то восприятие фильма меняется. Тем более, не раз случалось, что провалившиеся в прокате картины становятся культовыми: постап «Семиструнный самурай» конца 90-х или к примеру даже перестроичный малоизвестный «Беспредел» (с улан-дэнцем Алексеем Лепихиным (псевдоним Аблепихин) в роли главгада-антагониста и протагонистом «Плюмбумом» Андросовым), разошедшийся к 2020-м на видеоцитаты в интернете.
А стать культовым малоизвестному фильму «На ясный огонь» со знаменитыми актёрами и романсами Булата Окуджавы, есть предпосылки. Приелся показушно-героический тон советских революционных лент. Так что лирическое и личное начало, неожиданно преобладающее в экранизации Зощенко, смотрится доныне свежо. И хотя до сих пор этот настрой не принимают, но история личной драмы кухарки, ставшей маленькой начальницей в системе управления Красной армии, а потом и связной, ещё ждёт своих почитателей.
Не удержусь и приведу отрывки из отзывов с сайта https://www.kino-teatr.ru/kino/movie/sov/4209/forum/: «… Мне показалось, что все актеры получали несказанное удовольствие от съемок. Иначе бы не получилась эта феерия по Зощенко. Как же Доронина Татьяна Васильевна поет! вот просто замираю на месте и слушаю, слушаю. Нетипичная, конечно, РеволюционЭрка, ну так в этом и весь смысл. Особое спасибо Евстигнееву и Дурову. Очень приятно видеть высокий пилотаж актеров».
Да, нетипичная революционерка, но так задумано. Возможно эксперимент не получился. Но рано ставить точки. Фильм живёт, его показывают по телеканалам. Я вот впервые посмотрел его на телеканале «Мир» 26 ноября 2025 г..
Пусть и пишут на фильм критику:
«Один революционный порыв. Который никак не вяжется с гл. героиней, Дорониной. Совершенно не подходит для роли», но и ведь война, а тем более братоубийственая гражданская — сильно отличается от лубочных плоских агиток. И шире — проявить себя на подвиге даже в мирной жизни могут не только супергерои с квадратными подбородками, каменными кулаками и стальным взглядом. Но и люди обычные, даже на первый взгляд тихие, робкие. Об этом фильм «На ясный огонь», ведь если бы ставили задачу Дорониной сыграть пламенную революционерку, она бы сыграла, таланта хватило бы. Но ведь видно по ее игре, что Анна Касьянова — человек мягкий. Но поступает так, как велит ей совесть. Вначале так, как велит ей личное чувство обиды, когда под влиянием уличных агитаторов, она увольняется с унизительной работы кухарки у баронессы. А потом и долг перед ранеными бойцами, когда за три дня стоянки по вине саботажника — железнодорожного начальника, умерла от ран и тифа четверть личного состава. То есть она могла бы спасти больше людей, если бы раньше пошла на крайние меры.
И, как во многих советских фильмах о гражданской войне, как ни странно, та сторона показана вполне человечной. Белые офицеры выведены людьми, способными на милосердие, даже под угрозой пособничества врагу. Освободивший Анну из тюрьмы прапорщик Комаров выглядит суетливым и комичным (Лев Дуров играет так хорошо, что поначалу не узнаёшь его), но не дураком. Что, он с самого начала не догадывался, что она шпионка, если её задержали именно за это при пересечении линии фронта, а его начальник в исполнении Евстигнеева имел все подозрения?
Но ведь и Евстигнеев разрешил отпустить её! И ведь поначалу Комаров отпустил ее просто так, сам оставаясь на фронте, лишь назвав свой адрес в Симферополе, интеллигентно добавив, что если она желает, может зайти к нему, а если нет, то ладно, так и надо, типа не судьба… А ведь их встречи могло больше не случиться (товарищи из Симферополя послали бы своего глубоко законспирированного связного для дальнейшей пересылки денег в Ялту), но явочная квартира в Симферополе оказалась провалена. В отличие от хрестоматийного профессора Плейшнера, здесь Анна (уж на что простая служанка!) — вовремя прочухала подставу. И решилась ехать сама в Ялту на другую конспиративную квартиру. Но без документов выезд перекрыт, да и не ее уже это было дело. Но Касьянова явилась к Комарову и уговорила переехать в тот город на южном берегу Крыма им вдвоем как новоявленной семейной паре…
Да и под самый конец, при эвакуации белых из Крыма в ноябре 1920-го, зачем героиня Дорониной пошла на пристань Ялты смотреть на посадку беженцев на последний пароход в Константинополь?
Лишь увидев своего бывшего гражданского мужа, крепко стоящим на палубе, она успокоилась (а перед этим все таки не застрелила его, хотя с точки зрения чистой рациональности, так было лучше всего). Да и по сути, герой Льва Дурова тоже помогал революционерам, давая пропуски Анне. Может она и использовала его втёмную, но такая помощь неоценима — без связей прапорщика, его любви к ней, Анна не попала бы в Ялту. Благодаря этой паре пленные большевики вышли на свободу, а иначе их расстреляли бы перед отступлением.
И не раз комментаторы отмечают красоту главной героини, и это несмотря на возраст актрисы, намного старший прототипа.
«… Фильм конечно шизовский, но какая невероятно красивая Доронина. Я не могла от нее оторваться».
И насчёт «шизовости» — фильм в какой- то степени вольная фантазия (настолько вольная, что в гротескных сценах и сатирических образах — сюрреалистична) на тему гражданской войны, что для глубокого Застоя может идти в плюс; авторы фильма не побоялись, что он ляжет на полку (а ведь так поступили с похожей «Интервенцией» несколькими годами ранее, хотя там уже открытая фантазия-буффонада на тему белогвардейской Одессы и подпольщиков). А фантазия — не всегда отход от реальности, ведь художественные приемы (вплоть до гротеска), лишь подчёркивают главные мысли, заложенные в кинокартину, подсвечивая реальность, позволяя зрителю лучше понять её суть (и разве одномерные кинокартины с картонными персонажами и чёрно-белым делением мира только на хороших и плохих — не являются ещё большим отходом от реальности?)
Потому в исторических фильмах иногда и мелькают осознанные анахронизмы, иногда нарочитые (как у Анджея Вайды в его феерии про казнь Иисуса, где древнеримские легионеры ведут его на Голгофу на фоне современного города, апостол Матвей в смятении бегает по улицам в джинсах и футболке, а над распятым Иисусом пролетает авиалайнер), а иногда менее заметные, как у того же Вайды в знаковом фильме «Пепел и алмаз», где Збигнев Цибульский в 1945 году носит современного покроя куртку и чёрные очки, модные на момент съёмок в конце 1950-х и поныне, но не очень похожие на 1940-е годы.
А ведь и в этом фильме с Татьяной Дорониной есть анахронизмы. Например, ещё в самом начале мы видим показанное крупным кадром её относительно короткое платье с подолом чуть ниже колен и голые ноги в сапожках, что напоминает моду середины и конца XX века(с двадцатых годов), но не очень соотносится с кануном революции и сразу после.
Да и короткая прическа каре с пышным начёсом, которую Касьянова носит на протяжении большей части фильма — пасхалка на привычный образ актрисы в кинокартинах шестидесятых – семидесятых годов, прославивших её, это «Мачеха» и прочие фильмы, где Доронина играла нашу современницу (например, «Три тополя на Плющихе» – возможно лучший фильм о любви в истории кинематографа!).
Прическа-каре войдёт в моду в двадцатые годы, ненамного, но всё-таки позже событий в фильме «На ясный огонь», заканчивающихся ноябрём 1920-го в том самом Крыму, про который сняты запоминающиеся киноленты с эвакуацией белых на последних пароходах. Здесь и фильм «Бег» 1970 г. по мотивам пьесы Булгакова, где консультантом была вдова Михаила Афанасьевича. Тем более, практически на протяжении всего периода Советской власти были живы современники Революции и Гражданской войны; даже в фильме «Макар-следопыт» 1984 г. (что уже на моей памяти), закадровый голос говорит юным зрителям, что мало осталось тебя, кто помнит гражданскую войну. Но они ещё были живы.
Что уж говорить о 1970-х, когда встретившие революцию даже взрослыми, были ещё далеко не долгожителями (недаром Аксёнов в альтернативно-историческом «Острове Крым» сделал одними из главных героев бодрых семидесятилетних стариков —доживших до 1970-х когда-то молодых белогвардейских офицеров из легендарной Тавриды 1920 года, последнего островка Белого дела на юге России, в нашей реальности захваченного Красной армией, где и находилась героиня Татьяны Дорониной, ряженая под госпожу (ряженая по сюжету как шпионка) среди ряженых под Белую гвардию (ряженых по условному жанру фильмов-буффонад, киносказок и сюрреализма, где не так важна точность исторических деталей и достоверность поведения героев).
Статус великой актрисы позволил для исторического фильма с Дорониной, делать небольшие анахронизмы и пасхалки как пышная короткая прическа (кочующая из фильма в фильм с ней), коротковатая (для того времени) юбка, вкупе с неестественно мягкой для экшен-героини подачей ее характера.
Итак, почти всю не очень долгую советскую историю были живы те, кто помнил революцию, но советские режиссёры отчаянно делали намеренные анахронизмы, ибо кино это искусство, а оно не всегда требует буквального изображения действительности. Наоборот, для лучшего донесения до зрителей образов, характеров героев, их чувств и стремлений, а также подлинной сути событий, нужна какая-то мера условности, даже порой гротеска, нужны метафоры и символы. Так в кино отображаются явления, которых в реальной жизни или не может быть вовсе или они появляются редко и случайно, но зато визуально раскрывают скрытую в обычной жизни истинную механику событий и подлинную натуру людей.
Фильм называют скорее саркастическим, чем историческим, https://m.vk.com/id100513229 и это так, если учесть, что он поставлен по сатирику Зощенко. Гротеск временами принимает лубочный характер, начиная с одной из первых сцен, где кухарка буквально напоролась на улице на демонстрацию большевиков под транспарантом «ВСЯ ВЛАСТЬ СОВѢТАМЪ!». Короткий эпизод поставлен настолько схематично и оттого иронично, что выглядит как постсоветский сарказм, насмешка над революцией (в годы глубокого застоя!).
Или неожиданно лёгкая для драмы сцена в ресторане, где Анна тайно передала пакет связному большевиков, наряженному под господина во время «буржуазного» танца с ним. И эта буффонада происходит на виду сидящего за столиком ее гражданского мужа Комарова!
Вообще, в фильмах про гражданскую какие-то фокусники, акробаты и прочие ряженые постоянно дурят господ и офицеров, тайно работая на красных. К месту и не к месту всевозможные артисты показывают своим врагам фокусы, трюки, цирковые номера, исполняют танцы и песни — под маской буржуазной интеллигенции. Даже сама Доронина проникновенно спела по гитару романс о юнкерах, чем расстрогала сурового Евстигнеева.
Вообще, буффонада — приём в театральном, цирковом и эстрадном искусстве, это подчёркнуто комическое, шутовское преувеличение и окарикатуривание персонажей, их действий. Она основана на гротескном искажении, нужна для создания сатирического эффекта.
И в таком контексте вполне уместны ходульные неестественные персонажи вроде пьющего, но неожиданно всесильного прапорщика Комарова (с чего бы вдруг связи у высших чинов армии Врангеля с каким-то мелким офицером, остающимся, несмотря на возраст, в чине прапорщика (явно дослужился из рядовых, и то — благодаря войне), выходце почти из самого простого народа (отец — дьякон в сельской церкви).
Комичный сожитель Дорониной, говоря современным языком — выходец из низов среднего класса. Он априори не имел шикарных знакомств среди военной аристократии. Клоунский герой Льва Дурова — бог из машины, Мэри Сью (с не свойственными ему качествами) и нужен лишь для продвижения сюжета, чтобы объяснить абы как передвижения красной Маты Хари по охваченному шпиономанией Белому Крыму, причем – для обоснуя сюжета в гротескной фантазии на тему гражданской войны, где главное — чувства и эпатаж, а достоверность на уровне цирка-буффонады. То
