Меня так тошнит от стихов о любви
И в возрасте нашем негоже
Нам снова входить в тот сопливый период,
Когда вдохновлен красой рожи
Воркуют, обнявшись, в кафе голубки
На фитнес ли парочкой ходят,
Волнующий ранее голос любви
Теперь для меня стал уродлив…
В движениях юности влажной, живой…
Трепещущей юности, вряд ли
Найду для себя что-то, ради чего,
Пойду на влюблённость опять я.
И что же такое творится со мной?
К чему эти все перемены?
Глас разума трезвый,
прикрывшись
спиной,
Бормочет:
— Завидуешь, верно?
Гадюкой, серпентой опутала мне
Все тело предательски зависть.
Ввела в заблуждение, подлая! не- навистью показалась.
Настойчиво гибкое тело кольцом
Сжимает меня все сильнее;
Когда-то и я был весёлым юнцом —
От зависти мне все больнее.
Я вам опишу всю палитру тех чувств
Картиной из Ульма зловещей:
Влюбленных рептильи на благо искусств
Изъели. Они без одежды.
Зеленая зависть хищной змеей
Грызёт изнутри незаметно.
И вот ты покрыт сам ее чешуей
Избавиться скрыться ли, тщетно.
Уже ли то зависть ликует что под
иною личиной скрывалась?
Ах вот что терзало! Я не идиот.
Я понял. Теперь не терзаюсь!
С трудом я услышал рассудочный глас,
что вторил мне истину четко.
Заслуга твоя, несравненный Пегас,
что слово мое в стихе метко.
Зудится все тело от новой волны
Прилива духовной прохлады.
Очистился взор мой от зла пелены
От черного едкого смрада
Лечу высоко. Мне победа моя
Дала воспарить над собою.
Полет будет долгим и заново я
Гармонию чувства открою.
Облазит гнилая моя чешуя,
Гонимая ветром в полете.
Вам тоже под силу изгнать этот яд,
То зло, от чего вы гниёте.
Я словно подросток иду в институт,
Случается снова то чудо;
Любовью, влюблённостью люди зовут
То, жить без чего было б худо.
Случаются в мире ещё чудеса,
Когда ты их встретить достоин.
Когда твоя совесть легка и чиста,
Бесспорно, один в поле — воин.
Но то, что духовность — есть крепкий оплот,
А чёрные мысли — проблема.
Что честность с собою высокий полет
Нам дарит, отнюдь — не дилемма.
